Блондинка с укаZкой

Хочу добавить к этому посту. В Великом Новгороде стоит впечатляющий монумент, который установили в 1862 году в честь тысячелетнего юбилея летописного призвания варягов на Русь. 128 фигур размещены на трёх уровнях: правители, просветители, писатели, художники, военные люди, герои — нет только Ивана Васильевича Грозного. При этом есть Адашев, Сильвестр и первая жена Ивана — Анастасия Романовна Захарьина‑Юрьева. Считается, что главная причина, почему Грозного нет на монументе, — события 1570 года, когда царь отправил опричников в Новгород и те устроили погром. У царя были основания подозревать новгородских бояр в заговоре, а именно в намерении перейти под власть польского короля. Напомню, что в это время шла тяжёлая Ливонская война. Новгородская элита всегда стремилась к вольности. Не зря дед Грозного, Иван III, дважды ходил в поход на Новгород (кстати, причина была фактически та же самая). И не зря в Смуту та же новгородская элита признала власть шведов. Так что не просто так Грозный затеял этот подход. Но пострадали, в том числе, да, обычные люди. Как всегда и бывает. Ну а о том, что царь сошёл с ума и изуверски убил 40 тысяч простых граждан без суда и следствия прямо в Софийском соборе, сообщают нам свидетельства иностранцев и историк А. Г. Ильинский, живший в XIX веке. Какие у него источники — пойди разберись. Кто‑то думает, что Грозный был сумасшедшим?И враги ему мерещились?

Товарищи, пост из запрещённой сети выложу сюда, интересно, что вы думаете по этому поводу ⬇️ Возможно, я очень душный человек, скорее всего, излишне бескомпромиссна, но я всегда считала, что с по-настоящему принципиальными людьми идти по жизни надёжнее. Да, в личных отношениях это влечёт ряд издержек, но я очень благодарна своему мужу, который учит меня идти на компромисс. Для рядового россиянина начало СВО стало полной неожиданностью. Я помню тот день, когда единственное, что было понятно, — это то, что свою страну надо поддержать. Всё. Остальное только предстояло осмыслить. Мы все искали полную и исчерпывающую информацию в открытом доступе: читали альтернативные новости, искали на просторах интернета тех, кто знает хоть немного больше нас самих. Пересылали друг другу и делились на своих страницах чьими‑то видео, постами и так далее. Но я сказала себе «стоп» в первые дни. Началась информационная война. Враг прикинется другом. Противник — союзником. Не нужно никому доверять. Наблюдай. Это было максимально правильное решение! Я никогда не поверю в искреннюю поддержку страны человеком, который буквально десять лет назад организовывал уличные протесты в России, а теперь занимается сбором гуманитарной помощи. И мне неважно, какими мотивами он объясняет свои прошлые действия. Правды он не скажет. А что такое «тушинские перелёты», мы все помним. Мне не по пути с людьми, которые будто бы защищают интересы России, но окружают себя либералами всех мастей-проводят совместные мероприятия, сотрудничают. Скажи мне, кто твой друг! Ибо у друзей должны сходиться интересы и ценности. Скажу вам честно: мне даже странно, что человек, искренне любящий и поддерживающий Россию и нашу армию, слушает музыку людей, которые поливают его страну грязью. Если раньше я могла включить Меладзе или Земфиру, то сейчас одно упоминание этих персонажей вызывает рвотный рефлекс. Ну не складывается такое сочетание в моей картине мира. Хоть я и не собираюсь осуждать это занятие: для страны оно в целом безобидно. Но мне сложно понять, почему у человека не возникает внутреннего конфликта — конфликта ценностей. Может, музыка связана с какими‑то личными моментами или воспоминаниями из детства? Но, как бы там ни было, мне этого не понять. В нашем сумасшедшем мире я выбираю быть верной своим убеждениям. Я себя не ограничиваю, мне наоборот так проще. У меня и муж такой:если в зону СВО приедет телевидение, он сделает всё, чтобы избежать интервью и каких-то съёмок, чем скажет что-то не соответствующее действительности. Своим лицом он торговать не станет. Так и живем.

Эта победа под Тверью стала не просто военным успехом — она стала знаком надежды. Люди увидели, что интервентов можно побеждать, что Русь ещё способна постоять за себя. Для Скопина‑Шуйского эта победа укрепила репутацию талантливого полководца и вдохновила на дальнейшие действия. А для простых жителей Твери и окрестностей этот день запомнился как день, когда враг не прошёл, когда земля русская выстояла. И вот тут начинаются ягодки… Мало того, что заключением Выборгского договора Шуйский спровоцировал открытое вторжение поляков на русские земли (ведь Польша и Швеция находились тогда в состоянии войны), так ещё и у правительства Шуйского просто не было достаточно средств, чтобы стабильно и в полном объёме выплачивать оговорённые со шведами суммы. Ситуация усугублялась и политическими факторами. В 1610 году Василия Шуйского свергли. Новое правительство — Семибоярщина — не было заинтересовано в выполнении этого договора, в том числе и потому, что он был направлен против Польши, с которой у части русской элиты уже наладились контакты. Тогда летом 1610 года отдельные шведские отряды начали захватывать русские крепости на северо‑западе, например Старую Ладогу. А в 1611 году, воспользовавшись тем, что Швеция и Речь Посполитая заключили перемирие, Делагарди взял Новгород и ряд других городов (Ям, Ивангород, Копорье, Гдов, Корела). В Новгороде шведы даже попытались создать марионеточное государство под своим протекторатом! Новгородская элита приняла покровительство Швеции, и в документах Новгород фигурировал как Новгородское государство. А одного из сыновей шведского короля — принца Карла Филиппа — прочили в «государи» Новгородского государства. Параллельно его рассматривали и как претендента на московский престол. Представляете? И скажите после этого, что Иван Грозный без причины отправлял опричников в Новгород. Он приводил эту продажную элиту в чувства. В общем, с огромными потерями мы выползли из Смуты только в 1618 году. Но дальше предстоит борьба за Смоленск, который Россия потеряла на долгие годы.

Нам необходимо быть сильными, ибо слабых бьют. Враги всегда пытались воспользоваться слабостью России, и вот тому пример: закрываем глаза — мы с вами в 1609 году, а за окном — Смутное время. Над окрестностями Твери висел тяжёлый сырой туман, будто сама земля прятала от глаз грядущую бурю. Лето 1609 года выдалось тревожным: Смутное время накрыло Русь, и в воздухе витал запах пороха и беды. В городах шептались о чужеземцах, о самозванцах, о том, что земля русская вот‑вот рассыплется на куски. Непопулярный в народе царь Василий Шуйский не решился опираться на силы народного ополчения. Для борьбы с поляками он заключил Выборгский договор со шведами. Согласно этому договору, Швеция должна была предоставить России наёмное иностранное войско, состоящее из шведов, немцев, голландцев, ливонцев, эстов, латышей, общей численностью 5 000 человек (2 000 конницы и 3 000 пехоты), полностью экипированное, снабжённое оружием и боеприпасами, во главе со шведскими военачальниками. Взамен Шуйский обещал выплачивать наёмникам жалованье: коннице — 50 тысяч рублей в месяц, пехоте — 36 тысяч, причём по прибытии в Москву жалованье удваивалось. А также обязался передать Швеции в вечное владение российский город Корелу с уездом. И это только цветочки, ягодки, как водится, впереди. В те дни под Тверью сошлись две силы. С одной стороны — войска князя Михаила Васильевича Скопина‑Шуйского, молодого, но уже прославленного воеводы, на которого многие возлагали надежды как на спасителя государства. Рядом с ним стоял шведский командующий Якоб Делагарди, а с ним — шведские пехотинцы и наёмники из Европы. С другой стороны — отряды польско‑литовских интервентов и сторонников Лжедмитрия II под началом пана Александра Зборовского. Для них Тверь была не просто городом, а важным узлом на пути к Москве. Взять её — значит открыть себе дорогу к сердцу страны. Бои шли с 11 по 13 июля. Уже в первые стычки стало ясно, что противник силён: у Зборовского было много конницы, а его воины привыкли к стремительным ударам. Но Скопин‑Шуйский не собирался полагаться только на удачу. Он тщательно выбирал позиции, использовал местность и старался беречь своих людей. Утром 13 июля дождь лил как из ведра. Это оказалось не просто плохой погодой, а настоящим испытанием для тактики обеих сторон: из‑за сырости фитильные ружья и пищали почти не стреляли — порох отсыревал, и огнестрельное оружие становилось почти бесполезным. В таких условиях исход боя решали пехота с копьями и бердышами, сабли и топоры, а ещё — стойкость и умение держать строй. Поляки и литовцы начали с яростной атаки конницы. Всадники ринулись вперёд, надеясь с ходу прорвать ряды союзников и обратить их в бегство. На левом фланге французская и немецкая конница не выдержала этого удара и начала отступать, понеся тяжёлые потери. Но в центре и на правом фланге ситуация сложилась иначе: шведская и немецкая пехота, несмотря на дождь, удержала позиции. Русская конница тоже выстояла и не дала врагу обойти их с тыла. Скопин‑Шуйский внимательно следил за полем боя. Он видел, как устают вражеские всадники, как ломается их строй от постоянных ударов, как падает боевой дух после неудачных атак. Когда день начал клониться к закату, а противник окончательно выдохся, князь дал приказ о решительном натиске. Русские и шведские отряды двинулись вперёд, тесня врага, не давая ему ни минуты на передышку. И тогда польско‑литовское войско дрогнуло. Сначала отдельные отряды стали отходить, затем отступление превратилось в беспорядочный отход. Союзники гнали противника, не позволяя ему закрепиться, и вскоре поле боя осталось за ними. По «Повести о победах Московского государства», ратные люди «многою силою вооружишася, начаша за полскими людми гоняти… и Божиею милостию, и премудрым промыслом, и храбростию боярина и воеводы князя Михаила Васильевича Скопина полских и литовских людей побили, и таборы их взяли».

Товарищи, посмотрите на эту красоту😍 Ростовская область. Наша Россия ❤️ Любить и защищать! 🇷🇺