Театральные люди

«Вы рассуждаете — значит не хотите. Желая сильно, не рассуждают». Максим Горький ⠀

В этот день, 46 лет назад ушел из жизни Владимир Семёнович Высоцкий…. Стихотворение «Памятник» написано в 1973-м… Я при жизни был рослым и стройным, Не боялся ни слова, ни пули И в обычные рамки не лез. Но с тех пор как считаюсь покойным, Охромили меня и согнули, К пьедесталу прибив «Ахиллес». Не стряхнуть мне гранитного мяса И не вытащить из постамента Ахиллесову эту пяту, И железные рёбра каркаса Мёртво схвачены слоем цемента, Только судороги по хребту. Я хвалился косою саженью — Нате смерьте! Я не знал, что подвергнусь суженью После смерти. Но в привычные рамки я всажен — На спор вбили, А косую неровную сажень Распрямили. И с меня, когда взял я да умер, Живо маску посмертную сняли Расторопные члены семьи, И не знаю, кто их надоумил, Только — с гипса вчистую стесали Азиатские скулы мои. Мне такое не мнилось, не снилось, И считал я, что мне не грозило Оказаться всех мёртвых мертвей. Но поверхность на слепке лоснилась, И могильною скукой сквозило Из беззубой улыбки моей. Я при жизни не клал тем, кто хищный, В пасти палец, Подойти ко мне с меркой обычной Опасались, Но по снятии маски посмертной — Тут же, в ванной, — Гробовщик подошёл ко мне с меркой Деревянной… А потом, по прошествии года, — Как венец моего исправленья — Крепко сбитый литой монумент При огромном скопленье народа Открывали под бодрое пенье, Под моё — с намагниченных лент. Тишина надо мной раскололась — Из динамиков хлынули звуки, С крыш ударил направленный свет. Мой отчаяньем сорванный голос Современные средства науки Превратили в приятный фальцет. Я немел, в покрывало упрятан — Все там будем! Я орал в то же время кастратом В уши людям. Саван сдёрнули! Как я обужен — Нате смерьте! Неужели такой я вам нужен После смерти?! Командора шаги злы и гулки. Я решил: как во времени оном, Не пройтись ли, по плитам звеня? И шарахнулись толпы в проулки, Когда вырвал я ногу со стоном И осыпались камни с меня. Накренился я, гол, безобразен, Но и падая — вылез из кожи, Дотянулся железной клюкой, И, когда уже грохнулся наземь, Из разодранных рупоров всё же Прохрипел я: «Похоже, живой!» И паденье меня не согнуло, Не сломало, И торчат мои острые скулы Из металла! Не сумел я, как было угодно — Шито-крыто. Я, напротив, ушёл всенародно Из гранита. ⠀

«Хочу сказать о доброте. В Сибири на съемках участвовал маленький мальчик. У него были два брата. Так случилось, что их мама умерла. Но люди, которые были рядом, помогли им вырасти без матери. Есть доброта, которая уже заложена в человеке при рождении. Вы или сохраняете ее, или теряете. Этим мальчикам помогли, они выросли хорошими людьми. Один из них стал священником, и провожал моего брата, когда он ушел... Вот так все переплетено в жизни». Лилита Озолиня ⠀

Ты можешь быть суперзвездой мирового кинематографа, но если мама считает, что нужно слюнки промокнуть, то ничего тут не поделаешь ;) Марчелло Мастроянни со своей мамой Идой Моисеевной Идельсон. Италия, 1960-ё. ⠀

«Когда я думаю о своем детстве, я вижу маленького мальчика, который сегодня кажется мне весьма неприятным. Он шут, лгун, притворщик, позер. Я рос чрезвычайно худым и бледным. Это вызывало у окружающих элемент сочувствия, внушало легкое беспокойство. У меня были большие глаза, длинные черные волосы, и, чтобы подчеркнуть этот немного мрачный вид, я одевался во все черное. Ребенком я сам мастерил себе марионеток. Сначала я рисовал их на картоне, потом вырезал, затем приделывал им головы из глины или пропитанной клеем ваты. Один из друзей нашей семьи – скульптор, — зайдя на склад к моему отцу, увидел, как я играю, и научил меня пользоваться жидким гипсом и пластилином. Я сам изготовлял краски, дробя и растирая кирпич. Потом я начал ходить к ремесленникам, обрабатывавшим кожу, к столярам, которые дарили мне мягкое дерево. Наверное, с тех пор фантазия для меня всегда связана с ремесленной работой. Меня никогда не занимали другие игры, кроме марионеток, красок и конструирования рисованных трехмерных раскладок, которые я вырезал и склеивал. Ничто другое меня не интересовало. Я даже ни разу в жизни не ударил ногой по мячу». Федерико Феллини ⠀