Истории с Душой

«С тобой и семидесяти лет мало» — Веру мою позовите. Я без неё не уйду. Павел Иванович лежал на старой железной кровати у окна и уже второй день почти ничего не ел. Только пил воду маленькими глотками и сердился, когда дочь поправляла ему одеяло. — Пап, мама сама еле встаёт. — Значит, помогите. — Куда ей идти? Он посмотрел на дочь так, словно та нарочно задавала глупые вопросы. — Ко мне. Лена отвернулась к окну. В свои шестьдесят два она снова чувствовала себя девочкой, которая стоит между родителями и не знает, как сделать так, чтобы никому не было больно. — Пап… — Семьдесят лет вместе прожили, — тихо сказал он. — А проститься, значит, нельзя? Из соседней комнаты послышался слабый голос: — Леночка… Лена вытерла глаза и пошла к матери. Вера лежала под старым пуховым платком. За последние месяцы она словно усохла — остались тонкие руки, серебряные волосы да всё те же серые глаза, которыми когда-то сводила с ума половину деревенских парней. — Помоги мне встать. — Мам, куда? — Пашка ждёт. — Ты до кухни вчера не дошла. Вера откинула одеяло. — Я к нему семьдесят лет шла. Эти десять метров как-нибудь осилю. Лена заплакала. — Ну чего ты? — рассердилась мать. — Платок лучше дай. Не пойду же я к мужу лохматая. Пока дочь расчёсывала ей волосы, Вера посмотрела на своё отражение в маленьком зеркале. — Господи… Старуха какая. Из соседней комнаты донеслось: — Я всё слышу! Вера улыбнулась. — Значит, ещё поживёшь. — Не надейся. Она замерла. Потом тихо сказала дочери: — Неси меня. Когда Веру усадили возле его кровати, Павел долго смотрел на жену. Потом протянул руку. — Верка. — Чего? — Помнишь свои белые туфли? Она закрыла глаза. Конечно, помнила. С них всё и началось.

"Это собачий корм, а не праздничный стол!" - скривилась свекровь. Ответ невестки заставил её побледнеть. Анна протирала бокалы до звона и в третий раз поправляла скатерть. Сегодня Ольга Павловна впервые приходила к ним на обед в статусе законной свекрови — оценить, как молодая жена справляется с хозяйством. Владимир обнял жену со спины и заверил, что всё пройдёт отлично: мама любит вкусную еду, а Аня готовит прекрасно. Девушка выдохнула и окинула взглядом стол: наваристый борщ, сочные домашние котлеты из свежего мяса с рынка, отварной картофель с зеленью.

Ваня, Ванечка, сынок, прости!!! Сегодня в разных городах в одну и ту же секунду, умерли две женщины. Умерли не от болезни, а потому что пришел их срок. Одна из них - матушка-настоятельница девичьего монастыря в Казани – в Миру некогда Татьяна, другая Таисия - врач-гинеколог из Владивостока. Не только смерть в одно и то же время объединяла этих двоих незнакомых друг с другом женщин, а так же хитросплетения жизни. Последнее, что сказала Матушка было - "Ваня, Ванечка, сынок, прости!!!" Те же слова произнесла и Таисия, прежде чем навсегда закрыть глаза - "Ваня, Ванечка, сынок, прости!!!" Ее опять разбудил детский плач, сквозь сон и пьяный угар - она с трудом передвигаясь подошла к кроватке, в которой плакал ребенок, ее ребенок. "Боже забери его" - в который раз прошептала она - "Он не нужен мне!!!". Так уж получилось, что мать Тани умерла, когда ей было пятнадцать, отец беспробудно стал пить и за какие-то полгода превратился в неизлечимого алкоголика. На глазах у девочки рушился мир, она стала плохо учиться, потом и вовсе бросила школу. Начала выпивать с отцом и его собутыльниками, один из которых и стал отцом Ванюшки. Свою беременность Таня обнаружила, когда шел шестой месяц. Между выпивками и похмельем, как то не заметила, как он и родился - принимала роды старая бабушка Зина, мать отца, которая жила с ними, и только и делала, что молилась. Ванюшка, наперекор всему, родился здоровеньким и красивым карапузом, жил в комнате бабушки, рос без внимания матери, стараясь не попадаться на глаза кутящей компании. Когда мальчику исполнилось три годика, бабушка Зина умерла. Вот тогда то и начался его ад. Пьющая мама Таня (так он ее звал) практически не обращала внимания на сына, хорошо было, когда ему перепадало что то из закуски... малыш перестал улыбаться, забивался в дальний угол, как зверек, и старался не попадать на глаза страшным людям. А еще он с надеждой и со слезами на глазах ждал, когда же его мамочка обнимет и пожалеет, успокоит и развеет его страхи. Но, увы, материнского сердца у Тани не было - да и были ли оно вообще. Так прошел год. Соседи, знавшие о мальчике, обратились в милицию, те соответственно в органы опеки и малыша забрали в детский дом. В сознание Татьяны, которая смутно помнила, что было даже вчера, почему то ярко отпечатался этот день, может быть потому что она была трезвей обычного, или провидение вмешалось. Прошло три месяца, а перед ее глазами стояла картина - милиционер, еще какая то женщина, еще какие то люди, пришли забирать Ваню, она сначала ничего и не поняла, только когда Ванюшка стал кричать -"Мама, мамочка, не отдавай меня!!! Мамочка я боюсь!!! Мамочка спаси!!!" - что то болезненно сжалось в области груди, и почему то потекли слезы и нахлынула такая боль, что ей стало страшно. В тот же вечер умер отец. Таня осталась одна. После похорон, она убрала дом, закрылась и не общалась ни с кем - целыми днями она сидела и смотрела на две стареньких машинки без колес - единственные игрушки ее сына, а ночами подскакивала к кроватке, ей казалось что плачет малыш. И каждую минуту пред глазами всплывал кричащий Ванюшка, который умолял не отдавать его, его глаза полные страха и любви. Через месяц Таня достала вещи своей мамы и старый чемодан с выкройками, и стала шить - у нее появилась цель- она во что бы то не стало вернет себе сына, она будет заботиться о нем, любить, она каждый день будет искупать свои грехи. Слух о том, что Татьяна - швея, как говориться от Бога, разнесся по всей округе, заказы сыпались рекой. Она отремонтировала дом, закончила курсы кройки и шитья (чтобы официально оформить свое дело), сделала детскую комнату, с любовью выбирая вещи Ванюшке, - все ее мысли и дела были направлены на то, чтобы ей разрешили забрать собственного ребенка. Когда Таня сделала все, что требовали от нее госорганы и уже ничего не мешало ей забрать сына, она поехала в соседний город, туда где находился детский дом.

Не покупайте литую ель пока не посмотрите их каталог! Смотрите, какая магия бывает! Я уже отчаялась найти идеальную искусственную ёлку. Везде — этот ужасный пластиковый ствол из ПВХ, который сразу выдаёт «подделку» Подруга посоветовала канал «Везём Ёлку». Заказала одну, а в итоге не удержалась и взяла три... потому что это ЛУЧШИЕ ёлки, которые я видела в жизни! Это не реклама, это крик души! ✨ 🎄 ОНИ НАСТОЯЩИЕ! 100% литые, ни одной лишней детали. Хвоя — вот как у живой, густая и объемная! 🎄 ШОК ДЛЯ СТВОЛА! Ствол... он сделан ПОД КОРУ дерева! Ты его трогаешь и не веришь своим глазам. Такого реализма я не встречала НИГДЕ. 🎄 РАЗНЫЕ ВИДЫ ЁЛОЧЕК! У них есть всё: зелённые, заснеженные, голубые и ёлочки со встроенными лампочками. И еще есть - компактные настольные ели. А вот здесь можно посмотреть каталог: https://tglink.io/9b0caf687f18e9 erid: 2W5zFG9PusF

Когда тесть умер, первой моей мыслью было: «Наконец-то станет легче». Но я ещё не знал, что Николай Петрович приготовил мне напоследок. Когда мы вернулись с кладбища, я первым делом открыл дверь его комнаты. Кровать была застелена. На тумбочке лежали очки. На подоконнике стоял старый радиоприёмник, который Николай Петрович включал каждое утро ровно в семь. Комната была пустой. И первой моей мыслью стало: «Теперь станет легче». Двадцать лет он жил с нами. Ел за нашим столом, пользовался нашей квартирой, нашими деньгами, нашими силами. Я устал покупать ему лекарства. Устал считать коммуналку. Устал слышать ночной кашель за стеной. Устал быть человеком, который всегда должен заработать, привезти, оплатить, починить, решить. Иногда мне казалось, что в собственном доме мне места меньше, чем человеку, которого я когда-то согласился приютить «ненадолго». И вот теперь его не было. Комната освободилась. Только странное дело — легче почему-то не стало.